Джордано Бруно

Бруно не был астрономом: он не вёл наблюдения небесных светил и не занимался вычислениями. И всё же значение его трудов и идей в истории астрономии, как и в естествознании в иелом, очень велико. Да и вся история человечества была бы беднее без этой судьбы. Философ, мыслитель, создатель новой и поразительно смелой для своего времени картины мироздания, инакомыслящий и даже бунтарь, в своём служении Истине не знавший никаких компромиссов…
Филиппе — такое имя дали мальчику при крешении — родился в 1548 г. в городке Мола близ Неаполя, в семье небогатого дворянина, служившего в армии. «Ноланец» — так называл он себя всю жизнь, а свою философию — «ноланской», доставив тем известность маленькому городку. В 17 лет Бруно стал монахом католического монастыря, принадлежавшего доминиканскому ордену. При этом он принял новое имя — Джордано.
В монастыре молодой монах получил хорошее образование. Джордано был вызван в Рим, где многообещающего юношу представили Папе Пию V. Однако церковная карьера была не для него.
Обвинённый в ереси, 28-летний Джордано бежал в Женеву. Так начались многолетние странствия учёного по Европе.
В Лондоне в 1584 г. Бруно издал на итальянском языке (общепринятым языком науки была всё ещё латынь) прославивший его имя в веках труд «О бесконечности, вселенной и мирах». По обычаю времени книга была написана в виде диалогов, которые ведут несколько собеседников, выражающих разные точки зрения.
Джордано Бруно решительно высказался в защиту учения Коперника, что само по себе было дерзостью, но не остановился на этом. «Вселенная бесконечна»,- сказал он. У неё нет и не может быть единого центра. Коперник, как и все астрономы до него, думал, что Космос замкнут «сферой неподвижных звёзд». Бруно же выдвинул головокружительную идею: звёзды — это другие солнца, отнесённые от нас на огромное и при этом разное расстояние. В небе — бесчисленные звёзды, созвездия, солнца и земли, чувственно воспринимаемые; разумом мы заключаем о бесконечном количестве других. Следовательно, кроме видимых небесных светил есть ещё много космических объектов, неизвестных нам. Вокруг других звёзд-солнц тоже вращаются планетные системы, подобные нашей. Планеты в отличие от звёзд светят не своим, а отражённым светом. Солнце, как и планеты, вращается вокруг оси — всеобщее движение есть закон Вселенной. В Солнечной системе помимо шести известных тогда есть ещё планеты, невидимые глазом в силу их удалённости от нас.
Миры — планеты и солнца — находятся в вечном изменении и развитии, рождаются и умирают. Меняется и поверхность Земли — за большие промежутки времени «моря превращаются в континенты, а континенты — в моря». Наконец, жизнь есть не только на Земле, она распространена во Вселенной, формы её бесконечно разнообразны, так же многообразны условия на разных планетах. Жизнь во Вселенной неизбежно порождает и разум, причём разумные существа других планет совсем не должны походить на людей — ведь Вселенная бесконечна, и в ней есть место для всех форм бытия.
Тогда эти идеи казались фантастическими, ослепляющими, безумно смелыми. Они рушили всю картину мира, известную и привычную его современникам.
Бруно утверждал: думать, что Вселенная ограничена, замкнута — значит оскорблять всемогущество Бога-Творца, который мог и должен был сотворить Бесконечность.
«Академик без академии», как Бруно называл себя, пытался преподавать в университетах и, несмотря на успех у аудитории, покидал одно место за другим под угрозой преследования со стороны властей. При этом он продолжал писать и издавать новые книги.
В 1592 г. Джордано вернулся на родину. Он остановился в Венеции, у знатного горожанина Джованни Мочениго, просившего Бруно обучить его наукам. Мочениго верил, что его учёный гость может превращать камни в золото, и, когда тот не стал обучать его «тайному знанию», раздосадованный, выдал его инквизиции. Узнав об аресте Бруно, Римский Папа Клемент VIII потребовал у независимой Венецианской республики его выдачи. Вот какую характеристику дали узнику судебные власти Венеции: «Он совершил тягчайшие преступления в том, что касается ереси, но это один из самых выдающихся и редчайших гениев, каких только можно себе представить, и обладает необычайными познаниями, и создал замечательное учение». Тем не менее в 1593 г. Бруно выдали римским церковным властям.
В тюрьме инквизиции Бруно провёл долгие годы. От него требовали отречения от «еретического» учения. На следствии он держался с редким мужеством и достоинством, открыто отстаивая свои взгляды. «Непосредственно я не учил тому, что противоречит христианской религии, хотя косвенным образом выступал против…» — заявить такое в лицо следователям инквизиции было событием беспрецедентным.
Смертный приговор Бруно был вынесен 8 февраля 1600 г. «Вероятно, вы с большим страхом выносите мне приговор, чем я выслушиваю его! — сказал осуждённый и добавил: — Сжечь — не значит опровергнуть». 17 февраля Бруно по обычаю инквизиции был заживо сожжён на костре в Риме, на Площади Цветов